В минувшую субботу в Москве продолжились акции протеста, но они оказались гораздо менее многочисленными, чем неделю назад.
На проспекте Академика Сахарова, одном из немногих мест, где власти обычно разрешают массовые акции, в этот раз прошел санкционированный митинг коммунистов. Лидер КПРФ с трибуны клеймил "оранжевую проказу". Некоторые из собравшихся, впрочем, говорили нашим корреспондентам, что они поддерживают протестное движение в Москве.
По подсчетам "Белого счетчика", на эту манифестацию собралось 4,5 тысячи человек - на порядок меньше, чем неделю назад.
Оппозиция, организовавшую предыдущий митинг, ограничилась одиночными пикетами на Бульварном кольце. Несмотря на присутствие большого количества ОМОНа, сотен задержанных, как в минувшие недели, не было.
Оппозиционные лидеры говорят, что отказ в регистрации независимых кандидатов в Мосгордуму, изначально спровоцировавший массовое недовольство в Москве, оспорить уже не удастся, а также что люди в Москве устали протестовать.
Наибольшее оживление у протестующих вызвал корреспондент канала "Россия" Ярослав Красиенко. Он автор репортажа с митинга на Сахарова 10 августа, в котором говорилось, что на акцию пришли провокаторы, цыгане и иностранцы, а молодежь якобы интересовал только рэп-концерт. Что он снял в этот раз, подробнее описано у "Медузы".
Мы тоже следили за тем, что показывали в субботу федеральные телеканалы. О протестах они рассказывали немного.
New York Times отмечает, что нынешние протесты не направлены впрямую против Путина, но за их повесткой стоит вопрос: кто и что будет после Путина. Сссылаясь на мнения экспертов, газета отмечает, что если оппозиция не расширит "повестку протестов", не выйдет за рамки выборов в московскую думу, то они могут сойти на нет. Но если темы, которые волнуют жителей всей страны, оппозиция сможет поднять на знамена протеста, то ситуация может стать серьезней, чем кажется сейчас.
Один из редакторов Washington Post Уильям Энглунд приехал в Москву и сравнивает протесты последних недель с первыми демократическими митингами позднего СССР 30 лет тому назад, свидетелем которых он был в бытность московским корреспондентом.
По мнению американского журналиста, в тех митингах было больше огня, жара и дискуссий и меньше ярости. Тогда одни и те же проблемы волновали жителей всей страны, что было видно даже по публикациям в прессе. В 2011-2012 годах лидеры других протестов так и не нашли языка, который позволил бы им общаться с остальной частью России, и протесты прекратились. Удастся ли избежать этого сейчас?
No comments:
Post a Comment